"О Тенсегрити"


(фрагмент из книги  Карлоса Кастанеды  "Тенсегрити: Магические пассы магов
древней Мексики")





    Тенсегрити  представляет  собой  версию  некоторых  специализированных
движений,  открытых  и  специально  разработанных  шаманами,  жившими   на
территории Мексики в  древние  времена.  Шаманы  называли  такие  движения
магическими  пассами,  поскольку   они   обнаруживали   их,   находясь   в
шаманистических состояниях расширенного сознания.
    Они  называли  эти  состояния  расширенного   сознания   сновидениями,
поскольку  их  первоисточником  были  обычные  сны.  Знания  этих  шаманов
позволяли им развить такие аспекты своего  дневного сознания,  которые они
могли применить к сновидениям. Они называли   дневное  сознание   человека
вниманием, которое  тот  уделяет  элементам  своего  мира  в  повседневной
жизни.  Они   утверждали,   что   человеческие   существа   бросают   лишь
поверхностный, хотя и установившийся во времени  взгляд  на  все  то,  что
окружает их, и вместо того, чтобы объяснять вещи  и  явления,  они  просто
констатируют свое присутствие в  этом  мире  некоторым  видом  внимания  -
частью  всего  своего  сознания.  Шаманы  утверждали,  что  тот   же   тип
поверхностного и, в то же время, постоянного во времени видения возможен и
по отношению к  элементам  обычного  сновидения.  Они  называли  этот  тип
деятельности вниманием сновидения.
    Упражнения  по  вниманию  сновидения  дали  этим  шаманам  основу  для
разработки систематики снов. Они установили, что у людей большинство  снов
являются образами или продуктами познания окружающего  их  обычного  мира;
есть,  однако,  шаманы,  которые  избегают  подобной  классификации.   Они
утверждают, что такие  сны  являются  истинными  состояниями  расширенного
сознания,  в  которых  элементы  снов  являются  не  просто  образами,   а
генерирующими энергию сущностями. Они считали эти образы-сущности  входами
в другие миры.
    Их представления о том, что другие миры  существуют,  вытекали  из  их
способности  видеть  энергию  непосредственно  так,  как  она   течет   во
Вселенной.  Они  считали,  что  подобными  способностями  обладает  каждое
человеческое существо и описывали это как состояние расширенного сознания,
в котором человеческое тело способно воспринимать энергию как  поток,  как
течение, как вибрации, как порывы ветра. Дон Хуан  Матус  учил  меня,  что
способность видеть энергию, текущей  во  Вселенной,  является  результатом
мгновенного  прекращения  работы   системы   интерпретаций,   свойственных
человеку.  Он  объяснял,  что  маги  древней  Мексики,   которые   открыли
магические пассы и которые были основателями его <линии>, установили,  что
эти колебательные свойства потока энергии превращаются  в  те  данные  или
сигналы, которые способно почувствовать человеческое тело. Они верили, что
каждая частица человеческого тела тем или  иным  образом  задействована  в
преобразовании этого потока вибраций в некоторую форму  ощущаемых  входных
данных. Суммарное воздействие  всех  этих  энергетических  <бомбардировок>
тела человека на основе практического их осмысления превращается в систему
интерпретаций,  при  помощи   которых   человеческое   существо   способно
воспринимать окружающий его мир именно так, как оно это делает.
    Заставить перестать работать  эту  систему  интерпретаций  можно  было
только в результате их огромнейших тренировок. Шаманы называли  это  новое
восприятие видением;  они  сделали это понятие краеугольным камнем  своего
знания. Видение энергии в ее течении во  Вселенной  было  для  них  весьма
важным  инструментом,  который  они  использовали   при   создании   своих
классификационных  схем.  Благодаря  этой   способности,   например,   они
представляли себе всю ту часть Вселенной, которая доступна для  восприятия
человеком, в виде  некоторой  луковицы,  состоящей  из  тысяч  слоев.  Они
полагали, что обычная повседневная жизнь человека есть только  один  такой
слой, и верили также, что другие слои не только доступны для человеческого
восприятия, но и являются частью естественного наследия человека.
    Другим элементом их  знания,  имеющим  огромное  значение,  элементом,
который также является следствием их способности видеть энергию  так,  как
она  течет  во  Вселенной,  является  открытие   свойства   энергетической
конфигурации человека, которое они назвали точкой  сборки.  Энергетическая
конфигурация человека является для них конгломератом энергетических полей,
<склеенных> в единое целое некоторой вибрационной силой, которая  собирает
эти энергетические поля в некоторый светящийся шар энергии.  Маги  древней
Мексики представляли людей в виде некоторой продолговатой формы вроде яйца
или  в  виде  шара.  Поэтому  они  называли  их  светящимися  яйцами,  или
светящимися шарами.
    Эти шаманы обнаружили, что на задней поверхности подобного светящегося
шара расположена более яркая точка. Наблюдая за течением  потоков  энергии
они установили, что эта точка является ключевой в акте превращения энергии
в чувственные данные и в последующей их интерпретации. По этой причине они
назвали эту точку точкой сборки и полагали, что  восприятие  действительно
<собирается> в этой точке. Они  считали,  что  эта  точка  расположена  на
уровне плеч позади тела человека - на расстоянии вытянутой руки  от  него.
Они установили также, что в этом месте расположена  точка  сборки  у  всех
представителей человеческой расы.
    Они полагали, что  расположение  точки  сборки  именно  в  этом  месте
является результатом ее  использования  человеком  и  обществом  в  целом.
Следовательно, они считали, что это место  является  произвольным,  дающим
лишь  иллюзию  чего-то  окончательного  и  неизменного.  Результатом  этой
иллюзии является непоколебимое убеждение людей, что  мир,  с  которым  они
имеют дело ежедневно, является единственно существующим миром  и  что  его
завершенность неоспорима.
    Шаманы  древней  Мексики  считали,  что  это  ощущение   завершенности
обусловлено тем фактом, что оно никогда не подвергалось сомнению. Для  них
же видение энергии как потока во Вселенной было тем инструментом,  который
помог опровергнуть это. Используя этот инструмент, они  пришли  к  выводу,
что, в действительности, существует поразительно большое количество миров,
доступных для человеческого восприятия. Они описывали эти миры как  вполне
полноценные царства, обладающие всеми свойствами <обычного> мира;  в  этих
мирах человек мог действовать и бороться. Другими словами, это были  миры,
в которых человек мог жить и  умирать,  -  так  же,  как  и  в  этом  мире
повседневных дел.
    Как уже говорилось, для этих шаманов древней  Мексики  эти  сновидения
были  настоящими  воротами,  которые  позволяли  человеческому  восприятию
входить в эти другие складки, в другие слои Вселенной-луковицы.  Дон  Хуан
Матус описывал свою классификационную схему, включающую в  себя  два  вида
снов, используя  для  указания  каждого  состояния  два  испанских  слова.
Обычные состояния  сна  он  называл  sueno.  Состояния  сна  с  элементами
генерирования энергии он  называл  ensueno.  Состояния  сна  с  элементами
генерирования энергии были для шаманов снами, в которых они  могли  видеть
энергию так,  как  она  течет  во  Вселенной.  Дон  Хуан  Матус  объяснял,
например,  что,  когда  шаман  видел  человеческое  существо,   он   видел
светящийся шар. Он говорил, что, когда они применяли эти критерии к  своим
обычным   снам,   элементы   большинства   из    их    снов    становились
фантасмагорическими: за ними не было никакой  поддерживающей  их  энергии.
Они, однако, обнаружили, что у них были сны, элементы которых, если к  ним
применялись те же критерии, имели энергетическую поддержку, что  означало,
что в снах, которые кажутся  обычными  и  банальными,  они  способны  были
аннулировать  свою  систему  интерпретаций  или  остановить  ее  и,  таким
образом, могли видеть поддерживающую энергию позади всего, что они  видели
во сне.
    Пребывая в состояниях сна с элементами генерирования  энергии,  шаманы
древней Мексики обнаружили, что некоторые положения и движения  тела  дают
им  несравненные  ощущения  физической   жизнеспособности,   молодости   и
<доблести мышления>. Они старались воспроизвести эти движения в нормальном
состоянии своего сознания. Результатом этих усилий стали магические пассы.
    В силу того, что  эти  пассы  обладали  ошеломляющим  воздействием  на
самочувствие и физическую и ментальную уравновешенности,  эти  пассы  были
воистину  магическими  и  шаманы  окружили  их   завесой   секретности   и
ритуальности. Этим пассам обучали лишь практикующих шаманов.
    Во время моего общения с миром дона Хуана обучение магическим пассам и
их использование было такой же тайной за семью печатями, как и в  глубокой
древности. Правда, это уже не сопровождались ритуальными  действиями.  Дон
Хуан  говорил,  что  ритуалы  уже  не  пользуются  успехом,  ввиду   своей
ненужности, а современные маги больше интересуются конечным результатом  и
действенностью. Однако, он  рекомендовал  мне  не  говорить  о  магических
пассах  с  кем-либо  из  его  учеников,  да  и  вообще   с   кем-либо   из
непосвященных. Его соображения заключались в  том,  что  магические  пассы
по-своему воздействуют на каждого человека и это  воздействие  может  быть
таким непредсказуемым, что практиковать их может лишь  тот,  кто  со  всей
серьезностью встал на путь шамана, потому что только такой  человек  может
обладать упорством  и  выносливостью,  которые  могут  позволить  получить
выгоду от этой практики.
    Как говорил дон Хуан, маги древней Мексики уделяли  огромное  внимание
физическому и умственному состоянию. Современный маг также должен обладать
этими,  самыми  основными   качествами.   Я   неоднократно   мог   оценить
справедливость этих требований, наблюдая за доном Хуаном и его пятнадцатью
друзьями-магами и восхищаясь  их  великолепным  состоянием  физического  и
умственного равновесия.
    Однажды я спросил дона Хуана, почему маги обращают так много  внимания
на физическое состояние  человека.  Тот  очень  удивлялся  моему  вопросу.
Сказать по правде, в те годы я больше верил в духовную  сторону  человека.
Возможно, я не слишком верил в то, что  она  вообще  есть,  а  скорее  был
склонен подозревать, что таковая существует. По моему убеждению, дон  Хуан
являл из себя типичный пример духовного существа.
    - Маги вовсе  не  духовны,  -  отвечал  мне  дон  Хуан,  -  они  очень
практичные существа. Разумеется,  известно,  что  шаманы  обычно  выглядят
эксцентричными или даже безумными. Наверное, именно  это  заставляет  тебя
думать, что они духовны. На самом  деле,  они  только  кажутся  безумными,
поскольку стараются объяснить необъяснимые вещи. Слушающие магов полагают,
что те непоследовательны и несут чушь. Но с точки зрения мага, это  совсем
не чушь, а просто тщетные попытки дать чему-то  полное  объяснение,  тогда
как оно ни при каких обстоятельствах не будет полным.
    Дон Хуан всячески превозносил физические доблести  древних  магов.  Он
все время говорил о необходимости иметь гибкое, подвижное тело.
    -  Уравновешенность  и  физическое  здоровье  были  наиболее   важными
вопросами в жизни этих людей, - не в первый раз повторял он мне однажды. -
Уравновешенность  и   прагматизм   являются   единственными   необходимыми
требованиями для входа в другие царства  восприятия.  Чтобы  по-настоящему
плавать в неизвестном, необходима дерзость, но не безрассудность. Для того
чтобы достигнуть равновесия между смелостью и безрассудностью, маги должны
были обладать трезвостью, осторожностью, искусностью и отличным физическим
состоянием.
    Отличное физическое состояние, которое постоянно проповедовал дон Хуан
с первого же дня нашего общения, в  древности  было  результатом  строгого
выполнения  магических  шаманских  пассов.  Он   научил   меня   множеству
магических пассов и бесконечному числу других вещей, имеющих  отношение  к
шаманам и их способам познания, но наряду  с  этим  богатством  знаний  он
оставил меня также с уверенностью, что я являюсь последним  звеном  в  его
линии. Принятие  этого  наследства  автоматически  означало  существование
задачи поиска новых способов распространения знаний его  линии,  поскольку
ее непрерывность была теперь под вопросом.
    Я должен прояснить очень важную вещь: дон Хуан Матус  никогда  не  был
заинтересован в широком обучении своим знаниям.  Он  был  заинтересован  в
продолжении своей магической линии. Я был своего рода элементом, средством
продолжения. Сам дух, говорил дон Хуан,  выбрал  меня  и  привел  к  нему,
сделав таким образом, продолжателем его линии. Поэтому  он  взял  на  себя
титанический труд " передать мне все, что он знал о  магии  и  о  развитии
своей линии.
    Обучая меня, он нашел, что моя энергетическая конфигурация кардинально
отличается от его собственной, что могло означать только одно - конец  его
линии. Я часто говорил  дону  Хуану,  что  каковы  бы  ни  были  невидимые
различия между нами, сама эта идея мне ненавистна.  Его  аргументов  я  не
понимал, но твердо знал одно - у меня нет никакого желания нести  на  себе
груз ответственности последнего представителя магической линии дона Хуана.
    - Хотя и кажется, что маги  ничего  не  делают,  кроме  как  принимают
решения, на самом деле они не решают, - говорил дон Хуан.
    Он объяснял, что маги древней Мексики  считали,  что  выбор  -  в  том
смысле, в котором  его  понимают  люди,  -  предопределен  миром  познания
человека,  но  это  только  благожелательная  интерпретация  чего-то,  что
обнаруживается, когда сознание  блуждает  за  пределами  этого  мира;  это
благожелательная интерпретация согласия.
    - Я ничего не делал для того, чтобы выбрать тебя, и не старался, чтобы
ты стал таким, каков ты есть. Стало быть, поскольку  я  не  выбирал  того,
кому передам свои знания, я просто принял человека, посланного мне  духом.
Этим  человеком  оказался  ты,  но  энергетически  ты  способен  только  к
окончанию линии, ты не можешь ее продолжить.
    Он говорил, что окончание его линии не имеет ничего общего ни  с  ним,
ни с его усилиями, ни с провалом или успехом его как мага, ищущего  полной
свободы. Он понимал, что окончание его линии является выбором за пределами
человеческого уровня, сделанным  не  какими-то  существами,  а  безличными
силами Вселенной.
    В конце концов я смирился с тем, что дон Хуан назвал  <моей  судьбой>.
Но, приняв это, я лицом к лицу столкнулся с тем, что он называл <закрытием
за  собой  двери>.  Иными  словами,  я  взвалил  на  себя  ответственность
распорядиться полученными от дона Хуана знаниями по своему усмотрению.
    Прежде всего, я задал себе решающий вопрос: что делать  с  магическими
пассами, составной частью знаний дона Хуана,  пропитанной  прагматизмом  и
имеющей строго прикладное применение? Я приняли решение - учить им всех  и
каждого, кто только хочет. Желание снять с магических пассов ореол  тайны,
рассекретить то, что тысячелетиями  оставалось  недосягаемым,  диктовалось
прежде всего моей абсолютной убежденностью в том, что я являюсь  последним
представителем линии дона Хуана. Для меня стало невероятным унести с собой
секреты, которые мне не принадлежат. Скрывать магические пассы в тайне  не
было моим решением. Моим решением было покончить с подобной практикой.
    С тех пор я старался  придать  более  характерную  форму  для  каждого
магического пасса, форму, пригодную для каждого. Это  привело  к  созданию
несколько модифицированных  форм  для  каждого  из  пассов  магов  древней
Мексики.  Я  назвал  эту  новую  конфигурацию  движений  Тенсегрити,   Это
архитектурный термин, обозначающий  <такое  свойство  каркасных  структур,
содержащих  элементы,   постоянно   или   эпизодически   находящиеся   под
напряжением, при  котором  все  они  (элементы)  работают  с  максимальной
эффективностью и экономией>.
    Для того  чтобы  объяснить,  что,  собственно,  представляют  из  себя
магические пассы, открытые, как говорил дон Хуан, магами  древних  времен,
мне хотелось бы уточнить: термин <древние времена> для дона Хуана  означал
7000 - 10000 лет назад, то есть,  с  точки  зрения  современного  научного
подхода к развитию  человечества,  цифры,  можно  сказать,  несуразные.  Я
спорил с доном Хуаном, доказывая  ему,  что  между  его  точкой  зрения  и
взглядами  ученых  есть  расхождения,   и   просил   назвать   его   более
реалистическую цифру. Он утверждал, что это факт: 7000 - 10000  лет  назад
жители Нового Света  касались  таких  глубин  Вселенной  и  восприятия,  в
которые современный человек вникать еще не начал.
    Несмотря  на  различие  в  наших  мнениях,  тайна,  которая   окружала
магические пассы в течении веков, и тот  эффект,  который  они  произвели,
глубоко изменили мое отношение к ним. В этой работе я  представляю  личное
отражение этого влияния. Я  чувствую  себя  обязанным  начать  разъяснение
данного предмета в том же порядке, в каком его представляли мне.


    МАГИЧЕСКИЕ ПАССЫ

    Впервые дон  Хуан  начал  разговор  со  мной  о  магических  пассах  с
нескольких презрительных замечаний относительно моего веса.
    - Ты обрюзг, тело у тебя слишком рыхлое, - произнес он, оглядывая меня
с головы до ног. - Еще немного, и ты начнешь жиреть. Я вижу на твоем  теле
следы усталости и разложения. У тебя, как и у многих представителей  твоей
расы, на загривке  складки,  как  у  быка.  Пора  тебе  серьезно  заняться
магическими пассами. Они - самое главное открытие древних магов.
    О  магических  пассах  дон  Хуан  говорил  и  раньше,  правда,  только
вскользь. Тогда, в тот позорный момент, я даже не мог  припомнить,  слышал
ли я от него что-нибудь о пассах.
    - О каких магических пассах ты говоришь, дон Хуан? - удивленно спросил
я его. - Как я могу относиться серьезно к тому, о чем никогда не слышал?
    - Не делай из меня дурака, - произнес дон Хуан и на лице его появилась
неприятная улыбка. - Я не только  неоднократно  говорил  тебе  о  них,  но
многие из них  ты  уже  знаешь.  Все  это  время  я  постоянно  учил  тебя
магическим пассам.
    Он был, конечно, прав. В ту минуту я вел себя отвратительно,  но  меня
можно простить, я не ожидал такого открытого разговора и был ошеломлен им.
Сообщение дона Хуана о том, что он давно учит меня пассам,  сбило  меня  с
толку. Я начал протестовать, заявлял, что ничего  о  них  знаю,  горячился
так, словно в тот момент на карту была поставлена моя жизнь.
    - Не кипятись, а то загоришься, - пошутил дон Хуан. - Как  ты  здорово
умеешь защищаться. Я не хотел обидеть тебя,  -  он  мимикой  показал,  что
просит извинения. Это было так комично, что я засмеялся.
    - Я с некоторого времени  заметил,  что  ты  повторяешь  за  мной  мои
движения, - пояснил дон Хуан, - и начал показывать тебе магические  пассы,
надеясь на твою память. Сколько раз ты спрашивал меня, зачем это  я  трещу
суставами? Мне понравилась твоя фраза, давай их так и назовем. Впредь  так
и говори: потрещать суставами, - сказал он.
    - Я показал тебе десять различных способов потрещать суставами. Каждый
из них является магическим пассом и  служит  для  совершенствования  моего
тела и твоего.
    Магические пассы, о которых говорил дон Хуан, для меня были всего лишь
трещанием суставами. Он иногда как-то  странно  двигал  руками,  ногами  и
телом. Я думал, что он таким образом  потягивается,  расправляет  кости  и
связки. Результатом его телодвижений был треск и хруст. Честно говоря, мне
казалось, что дон Хуан таким образом просто  развлекается  сам  и  веселит
меня.
    В  своей  обычной  вызывающей  манере  он  как  бы  провоцировал  меня
повторять эти упражнения и даже иногда просил сделать это. Я повторял,  но
добиться того, чтобы суставы у меня  тоже  потрескивали,  мне  никогда  не
удавалось. Однако я запомнил все те упражнения, которые он показывал мне.
    Сейчас я знаю,  что  невозможность  достичь  такого  же  потрескивания
суставов была благословенным обманом, поскольку мышцы и связки рук и спины
никогда не напряжены до такой степени, чтобы издавать  эти  звуки.  Просто
дон Хуан родился со способностью издавать треск в соединениях рук и  спины
- так же,  как  некоторые  рождаются  со  способностью  трещать  суставами
пальцев.
    - Но почему их называют магическими пассами? - спросил я у дона  Хуана
однажды.
    - Они не просто называются магическими, - отвечал дон Хуан,  -  они  в
самом деле магические! Я  не  могу  тебе  объяснить  словами,  почему  это
происходит, но это так.  Эти  упражнения  не  просто  зарядка  или  способ
укрепления тела, они помогают достичь оптимального  состояния  бытия.  Они
пронизаны намерением тысяч магов. Даже если  ты  непроизвольно  выполняешь
их, это помогает останавливать работу ума.
    - Что ты хочешь сказать? - я с сомнением посмотрел на него. - Как  они
могут остановить работу ума?
    - Все, что мы делаем в  этом  мире,  -  пояснил  он,  -  мы  узнаем  и
идентифицируем, преобразуя в линии подобия.
    Дон Хуан силился найти соответствующие выражения, чтобы ответить  мне.
Он помолчал, словно подыскивая нужные формулировки. Я тихо сидел. Я  очень
мало знал о предмете, о котором мне даже страшно было подумать. Тогда мною
владело простое любопытство, я хотел узнать, что же представляют  из  себя
эти таинственные магические пассы.
    Дон Хуан поднялся. Мне  показалось,  что  ему  надоело  объяснять  мне
элементарные, по его мнению, вещи. Мы сидели в доме и пили чай из  пахучих
листьев, сорванных с одного из кустов, которые во  множестве  росли  около
нашего дома. Дон Хуан извинился, сказав, что хочет вздремнуть.  В  течении
суток, днем и ночью, дон Хуан ненадолго ложился и  спал.  Чаще  всего  это
продолжалось не больше двух часов. Когда он сильно уставал, он спал  шесть
часов, но опять же не  подряд,  а  три  раза  по  два  часа  с  небольшими
перерывами между ними.
    После этого случая мы долго больше  не  возвращались  к  разговорам  о
магических пассах. Как-то раз, по прошествии некоторого времени, дон  Хуан
внезапно продолжил объяснение, причем сделал это так, словно после первого
разговора на эту тему прошла максимум одна минута. Я чуть не остолбенел от
неожиданности, мне потребовалось  некоторое  время,  чтобы  ухватить  нить
полузабытого разговора.
    - Что касается людей, то для них существуют линии  подобия,  -  сказал
он, - это  линии  некоторых  вещей,  либо  похожих  друг  на  друга,  либо
связанных между собой предназначением, некой определенной целью. Например,
если я произнесу слово <вилка>, ты  сразу  вспомнишь  и  другие  предметы,
связанные с ней - ложку, нож, скатерть, салфетку, тарелку, чашку,  блюдце,
бокал  вина,  суп  с  клецками,  банкет,  вечеринку,  праздник.  Можно  до
бесконечности перечислять вещи, так  связанные  между  собой.  Практически
все, что мы делаем, имеет подобную связь. Маги же видят довольно  странную
вещь: все эти линии родства, все эти  линии  вещей,  так  связанных  между
собой целью или предназначением, ассоциируются с человеческой идеей о том,
что все предметы вечны и неизменны, как слово Божье.
    - Почему в твоем объяснении присутствует слово Божье,  дон  Хуан?  Что
общего оно имеет с тем, о чем ты мне рассказываешь? - поинтересовался я.
    - Все! Мне кажется, что в наших умах вся  Вселенная  похожа  на  слово
Божье: она абсолютна и неизменна. Так и мы ведем себя; в  глубинах  нашего
ума есть ограничитель, он не разрешает нам остановиться и убедиться в том,
что это самое слово Божие,  в  том  виде,  в  каком  мы  его  принимаем  и
понимаем, принадлежит мертвому миру. С другой стороны, живой мир находится
в постоянном течении,  потоке.  Он  движется;  он  изменяется;  он  меняет
направление движения.
    - Магические пассы называются магическими  потому,  что  выполняя  их,
тело понимает - все вокруг нас, вместо того,  чтобы  быть  закрепленным  в
неизменных линиях подобия, движется и  течет.  А  если  все  во  Вселенной
является течением, потоком,  то  его  можно  остановить.  Можно  построить
дамбу, которая остановит или изменит этот поток.
    Слова дона Хуана вызвали во мне странную реакцию. Мне показалось,  что
я чувствую угрозу, но не себе лично, а тому, к чему  я  был  предназначен.
Впервые я явственно ощутил, что  дон  Хуан  намеренно  пытается  разозлить
какую-то мою часть, которая совсем не является мной.
    Запутавшись в противоречиях, я молчал и вдруг услышал свой собственный
голос. Я говорил, хотя, могу поклясться, не собирался  этого  делать.  Все
происходило помимо моей воли.
    - Но, дон Хуан, уж не хочешь ли ты сказать, что каждый раз,  когда  ты
потрескиваешь суставами, или я повторяю за тобой  твои  движения,  во  мне
происходят какие-то изменения?
    - Я вижу, что часть тебя, которая не является  тобой,  разозлилась,  -
воскликнул дон Хуан и рассмеялся.
    Меня снова сдавили внутренние противоречия. Что-то во мне злилось,  но
это что-то не было мной. Дон Хуан взял меня за плечо и  сильно  потряс.  Я
ясно ощущал, как голова у меня болтается на  ставшей  мягкой  шее.  Однако
действие дон Хуана возымело мгновенный  эффект,  я  сразу  успокоился.  Он
усадил меня на остатки кирпичной стены.  Там  было  полно  муравьев,  и  я
никогда сам не садился туда, потому что муравьи тут же заползали  мне  под
одежду. Однако сейчас они вели себя очень  странно.  Они  хаотично  бегали
вокруг  меня,  казались  возбужденными  и  сбитыми  с  толку.  Мне   стало
любопытно, я с интересом  наблюдал  за  ними,  ожидая,  когда  они  начнут
заползать на мое тело, на грудь и горло. Слова дона Хуана отвлекли меня  и
я забыл о муравьях.
    - Не беспокойся, муравьи не полезут  на  твое  тело,  -  произнес  он,
угадывая мои мысли. - Сейчас  ты  заряжен  необычной  энергией,  продуктом
твоих внутренних противоречий.  Муравьи  считают,  что  ты  непроницаем  и
опасен. Они будут бегать вокруг, не причиняя тебе никакого вреда, пока  ты
или не встанешь, чтобы уйти, или пока твоя энергия не придет  в  норму.  А
теперь я отвечу на вопрос, который задал твой ум, намереваясь задеть меня.
Так вот,  я  могу  сказать  тебе,  что  всякий  раз,  когда  мы  выполняем
магические  пассы,  мы  изменяем  основную  структуру   самих   себя.   Мы
перекрываем дамбой тот самый  поток,  который,  как  нас  учили,  является
неизменным набором вещей.
    Каким-то странным,  изменившимся  голосом,  совсем  непохожим  на  мой
собственный, я попросил дона Хуана привести мне пример строительства дамбы
на потоке, о котором он говорит. Я пояснил, что  хочу  представить  его  в
своем уме.
    - В своем уме? Ты бы лучше постарался  запомнить  правильные  названия
вещей. То, что ты именуешь своим умом, вовсе не твой  ум.  Маги  убеждены,
что наш ум - это инородный объект, который надевается на каждого  из  нас.
Прими это как должное и не требуй от меня  дополнительных  объяснений.  Не
спрашивай, кто его надел на нас и как.
    После этих  слов  я  опять  почувствовал  угрозу,  причем  теперь  это
ощущение было значительно явственнее. Меня захлестнула волна  безотчетного
страха. Но ее источником был не я. Однако она, казалось, была привязана ко
мне.  Дон  Хуан  что-то  делал  и  его  действия  казались  мне  магически
положительными, но и невероятно отрицательными одновременно. Я видел в них
попытку разрезать тоненькую пленку, которая  была  приклеена  ко  мне.  Не
мигая, он посмотрел мне прямо в глаза, затем отвел взгляд и произнес:
    - Хорошо, я приведу тебе пример, о котором  ты  просишь.  Посмотри  на
меня. В моем возрасте у меня должно быть высокое кровяное  давление.  Если
бы я пошел к врачу, он принял бы  меня  за  старого  индейца,  питающегося
плохой пищей, зараженного неуверенностью и расстройствами. Исходя из всего
этого, да еще учитывая, сколько мне лет, доктор предположил бы, что у меня
гипертония, вполне закономерный результат.
    - И в то же  время,  -  продолжал  дон  Хуан,  -  давление  у  меня  в
совершенном порядке, но не потому что я физически сильнее среднего мужчины
или благодаря моим генетическим данным.  Магические  пассы  заставили  мое
тело разрушить линию поведения, которая ведет к  гипертонии.  Говорю  тебе
совершенно честно, что каждый раз, когда я пощелкиваю суставами,  выполняя
магические пассы, я блокирую поток ожиданий и  поведения,  который  обычно
ведет к гипертонии.
    - Могу привести еще один  пример.  Ты  знаешь,  как  подвижны  у  меня
колени. Ты вообще заметил, что я значительно более  подвижен,  чем  ты?  Я
могу сгибать ноги так  же  легко,  как  это  делает  ребенок.  Магическими
пассами я построил дамбу и перекрыл поток, который делает мои ноги, как  у
большинства людей, неповоротливыми.
    Больше всего меня удручало то поразительное  обстоятельство,  что  дон
Хуан, который по возрасту годился мне в дедушки, на  самом  деле  выглядел
значительно моложе меня. По сравнению с ним я казался упрямым,  суетливым,
почти окостеневшим стариком. Дон Хуан был бодр, подвижен. Казалось, что он
никогда не устает. То есть, он обладал качеством, которым по идее,  должен
был обладать я - юностью. Дон Хуан  неустанно  повторял  мне,  что  юность
никак не связана с возрастом и при этом очень радовался.
    После обидных слов дона Хуана во мне произошел взрыв энергии.
    - Но как ты всего этого добился? - огорченно спросил я его.
    - Я победил свой ум, - спокойно ответил он  и  широко  раскрыл  глаза,
изображая мое изумление. - У меня нет ума, мне ничто не говорит о том, что
я должен стареть. Я  не  выполняю  договоренности,  которых  не  заключал.
Запомни: маги никогда не выполняют обязательств, которых никогда не  брали
на себя. И старость - одно из таких обязательств.
    Некоторое время мы молча сидели. Я размышлял, гадая, какой  эффект  во
мне  могут  вызвать  его  слова.  Мое,  как  я  его  называл,   внутреннее
психологическое единство снова разрывалось. Два ответа слышались во мне. С
одной стороны, я совершенно не принимал ту, казалось, чепуху, которую  мне
проповедовал дон Хуан. С другой стороны, я не мог не признать, что все его
замечания абсолютно справедливы и точны. Дон Хуан был стар и в то же время
стариком не был. Более того, по сравнению со мной он казался юношей. Он не
зависел ни от  затрудняющих  жизнь  мыслей  и  привычек,  ни  от  образцов
поведения. Он был свободен, в то время как я находился в  плену  мелочных,
пустопорожних рассуждений о себе, которые, как меня вдруг осенило,  вообще
не являлись моими. Эта мысль пришла ко мне впервые и поразила меня.
    Кое-как обретя некое подобия контроля  над  своими  взаимоисключающими
рассуждениями, я спросил дона Хуана:
    - А кто и как изобрел эти магические пассы?
    - Никто их не изобретал, - резко ответил дон Хуан. - Если считать, что
они были кем-то придуманы, придется признать, что это - работа ума, а  это
не  соответствует  истине.  Древние  маги  во  время  практики  сновидения
обнаружили, что,  двигаясь  определенным  образом,  можно  прервать  поток
мыслей и действий.
    -  Следовательно,  магические  пассы  являются   продуктом   состояния
<не-ума>, или, точнее, такого состояния, в котором ум отключен. Для  того,
чтобы видеть сны, практикующие  должны  полностью  контролировать  себя  и
результатом в этом случае будет <полет ума>.
    - Что ты имеешь в виду под выражением <полет ума>, дон Хуан?
    - Основной способностью древних магов было умение владеть своим  умом.
Они обнаружили, что если озадачить, обуздать ум вниманием,  особенно  тем,
которое  они  называли  вниманием  сновидения,  то  ум  улетает,  и  тогда
практикующему становится абсолютно ясным постороннее происхождение ума.
    Я был ошеломлен  услышанным  и  почувствовал  в  себе  желание  узнать
больше,  но  некое  странное  чувство  останавливало  меня.  Мне  виделись
страшные результаты моего любопытства.  Я  явственно  почувствовал  что-то
вроде гнева Господня, он спустился на меня и я  догадался,  что  затронута
тема, скрытая от нас самим Богом.
    Сделав над собой усилие, я преодолел страх.
    - Что ты хочешь сказать? - я  снова  услышал  свой  голос  как  бы  со
стороны. - Что ты имеешь в виду под выражением <обуздать ум вниманием>?
    - Дисциплина обуздывает ум, - ответил дон Хуан, - но под дисциплиной я
не имею в  виду  грубое  следование  заведенному  порядку.  Маги  понимают
дисциплину как способность безмятежно встречать странности,  выходящие  за
рамки наших ожиданий. Для них дисциплина - это волевой акт,  который  дает
им способность принимать без сожалений  и  ожиданий  все,  с  чем  бы  они
неожиданно не столкнулись. Для мага  дисциплина  -  это  целое  искусство:
искусство встретиться лицом к лицу с  бесконечностью  и  не  дрогнуть  при
этом,  но  не  потому,  что  маг  черств,  а  потому  что  он  преисполнен
благоговения. То есть, говоря проще, я  бы  назвал  дисциплину  искусством
испытывать благоговение. Итак, благодаря дисциплине, маги  побеждали  свой
ум, вещь инородную.
    Дон Хуан сказал мне, что в своих  практиках  сновидения  маги  древней
Мексики открыли движения, способствующие усилению  безмолвия  и  создающие
особое ощущение полноты и благополучия. Оно им понравилось настолько,  что
маги пытались ввести себя в это состояние даже в период бодрствования.
    Вначале, как говорил мне дон Хуан, маги считали,  что  это  сновидение
создает  настроение  благополучия,  но  попытки  вызвать  это   настроение
оказались  бесполезными.  Потом  маги  заметили,  что  когда  в   процессе
сновидения их охватывало чувство благополучия,  они  непроизвольно  делали
некоторые движения. Запоминая их по крупицам, маги затем создали  комплекс
движений, который, как они предполагали, являются автоматической  реакцией
тела во время сновидения. Вот так и появились магические пассы.
    Успех вдохновил древних магов и они начали систематизировать движения,
делать из них целые системы. Идея была проста - в сновидении тело человека
спонтанно двигается под действием некоей силы, которая знает  результат  и
ведет человека к нему. Маги считали эту силу своего  рода  клеем,  который
связывает наши энергетические поля, тем самым делая нас единым целым.
    Среди множества других вещей магические пассы стали для древних  магов
базой для навигации в  неизвестном.  Маги  разработали  основной  критерий
выполнения  пассов,  который  называется  <насыщением>,  потому  что  маги
буквально бомбардировали свое тело множеством различных  пассов,  понимая,
что только так связывающие нас силы дадут максимально возможный эффект.
    Как объяснял мне  дон  Хуан,  маги  древней  Мексики  утверждали,  что
выполнение   этих   пассов   подготавливает   тело   и   ведет    его    к
трансцендентальной реализации - к  реализации,  при  которой  человеческие
существа, будучи конгломератом  полей  энергии,  удерживаются  при  помощи
вибрирующей склеивающей силы в виде единого четкого сгустка этих отдельных
полей энергии.
    Знакомя меня с  утверждениями  этих  древних  магов,  дон  Хуан  Матус
неоднократно подчеркивал тот факт, что исполнение магических пассов  было,
насколько  он  знал,  единственным  средством   заложить   фундамент   для
становления полностью осознающим эту вибрирующую связывающую силу.
    Он утверждал, что эта вибрирующая  склеивающая  сила,  удерживающая  в
виде единого целого тот конгломерат полей  энергии,  который  мы  из  себя
представляем, подобна,  по-видимому,  тому,  что,  как  верят  современные
астрономы, существует в ядре всех существующих во Вселенной галактик.  Они
считают, что там, в этих ядрах, неизмеримо  огромная  сила  удерживает  на
месте звезды этих галактик. Эта сила, называемая <черной дырой>,  является
теоретической  конструкцией,  которая  является  наиболее   правдоподобным
объяснением,  почему  звезды  не  разлетаются  в  стороны  под   действием
центробежных сил.
    Современные   научные   исследования   установили,   что    существует
удерживающая сила, которая удерживает  вместе  составные  элементы  атома.
Подобным же образом составные элементы живых  клеток  удерживаются  вместе
аналогичной  силой,  которая,   как   кажется,   заставляет   эти   клетки
объединяться в конкретные органы или ткани тела.  Дон  Хуан  говорил,  что
древние мексиканские маги знали, что  человеческие  существа,  взятые  как
конгломераты энергетических  полей,  удерживаются  вместе  не  при  помощи
<энергетической обертки> или некоторого  <энергетического  связующего>,  а
при помощи некоторого вида вибраций, которые одновременно поддерживают все
живым и удерживают его на конкретном месте: некоторая  энергия,  некоторая
вибрирующая   сила,   некоторая   мощность,   которая   цементирует    эти
энергетические поля в единую энергетическую сущность.
    Дон Хуан говорил, что эти маги  в  результате  длительной  практики  и
дисциплины, полностью осознав эту вибрирующую силу, становились способными
управлять ею. Их опыт в обращении с этой силой  был  настолько  необычным,
что их  действия  породили  множество  легенд  и  мифов,  являющихся  лишь
небылицами. Одна из историй, например, которые рассказывал мне дон Хуан  о
древних магах, заключалась в том, что они способны  были  растворять  свои
физические тела, всего только поместив на эту силу свое полное сознание  и
намерение.
    Дон Хуан утверждал, что, хотя они действительно способны  были  пройти
сквозь игольное ушко, если полагали это необходимым,  но  они  никогда  не
были полностью удовлетворены результатами  этого  маневра  по  растворению
своего физического тела. Причиной этой неудовлетворенности  было  то,  что
когда  тело  было  растворено,  <растворялась>  также  и  их   способность
действовать. Им оставалась лишь возможность быть  свидетелями  событий,  в
которых они не могли принять участия.  Следующее  за  этим  разочарование,
являющееся результатом невозможности действовать, превращалось для них, по
словам дона Хуана, в проклятье: в навязчивую идею раскрытия  природы  этой
вибрирующей силы, в одержимость, навязанную их плотностью, заставившей  их
желать держать в руках эту силу и управлять ею. Их страстным желанием было
выбраться из этого призрако-образного состояния невесомости, из того, что,
по словам дона Хуана, вообще не может быть достигнуто.
    Современные практикующие, культурные наследники тех  магов  древности,
обнаружив,  что  невозможно   одновременно   быть   плотным   и   свободно
использовать эту вибрирующую силу, сделали единственно возможный  разумный
выбор:  осознавать  эту  силу  с   одной   только   целью   -   достижение
<элегантности> и душевного благополучия, даваемых этим знанием.
    Единственный приведенный доном Хуаном пример допустимого использования
возможностей этой вибрирующей склеивающей силы заключался в ее способности
заставлять магов сгорать изнутри, когда приходило время покинуть этот мир.
Дон Хуан говорил, что для мага очень просто поместить  свое  абсолютное  и
полное сознание на  эту  связывающую  силу  с  намерением  сгореть  -  они
исчезали, как дуновение ветерка.
    С самого начала магические  пассы  считались  шаманами  древности  как
нечто уникальное и никогда не рассматривались  как  набор  упражнений  для
развития мускулатуры или гибкости. Дон Хуан говорил,  что  с  того  самого
момента, когда они были сформулированы, они рассматривались как магические
пассы. Он описывал <магию> движений как некие  тонкие  изменения,  которые
практикующие  испытывали,  выполняя  их;  это  было  некоторое   эфемерное
качество, которое движения вносили в их физическое и душевное состояния  -
некоторый род сияния, некоторый свет в  их  глазах.  Он  говорил  об  этих
тонких изменениях как о <прикосновении духа>; как  если  бы  практикующие,
выполняя  эти  движения,  восстанавливали  неиспользуемую  связь   с   той
жизненной силой, которая поддерживает  их.  Он  далее  объяснял,  что  эти
движения  были  названы  магическими  пассами,  потому   что   посредством
использования их маги перемещались - с точки зрения восприятия - в  другие
состояния  бытия,  в  которых  они  могли  почувствовать   мир   некоторым
неописываемым образом.
    - Из-за этого качества, из-за  этой  магии,  -  сказал  мне  дон  Хуан
однажды, - пассы должны были  практиковаться  не  как  упражнения,  а  как
способ <приманивания> силы.
    Я честно практиковал все те движения, которым дон Хуан обучал меня,  и
я чувствовал себя необычайно хорошо. Этого ощущения благополучия было  для
меня достаточно.
    - Но могут ли  они  восприниматься  как  физические  упражнения,  хотя
никогда таковыми не считались? - спросил я у него однажды.
    - Ты можешь практиковать их, как пожелаешь, - ответил он. - Магические
пассы расширяют сознание независимо от того, какими ты  их  воспринимаешь.
Разумно воспринимать их  такими,  какие  они  есть:  магическими  пассами,
которые, когда их  применяешь,  позволяют  практикующему  сбросить  маску,
навязанную обществом.
    - О какой маске ты говоришь? - спросил я.
    - О том внешнем лоске,  о  том  наружном  слое,  который  все  из  нас
защищают и ради которого умирают, - сказал он. - Внешний слой, который  мы
приобретаем в этом мире; слой, который препятствует достижению всех  наших
потенциальных возможностей; слой, который заставляет нас  верить,  что  мы
бессмертны.

    
    ТЕНСЕГРИТИ

    Тенсегрити  представляет  собой  модернизированную  версию  магических
пассов шаманов  древней  Мексики.  Слово  <Тенсегрити>  достаточно  хорошо
подходит для описания этой новой версии магических пассов,  поскольку  оно
составлено  из  двух  терминов:  напряженность  (tension)  и   целостность
(integrity), которые  представляют  собой  две  движущие  силы  магических
пассов.
    До сих пор дисциплина <Тенсегрити> преподавалась как система движений,
поскольку  это  был  единственный  способ,  которым  этот  таинственный  и
обширный предмет мог быть изложен в современных  условиях.  Люди,  которые
сейчас практикуют Тенсегрити, не являются практикующими шаманами;  поэтому
упор в магических пассах должен делаться на их значении как движений.
    В  данном  случае  была  принята  та  точка  зрения,  что   физическое
воздействие магических пассов является наиболее важным моментом для  целей
установления прочной энергетической базы у практикующих. Поскольку  шаманы
древней Мексики интересовались другими эффектами  магических  пассов,  они
разбили длинные серии движений на отдельные блоки  и  практиковали  каждый
фрагмент как отдельный сегмент.  В  некоторых  случаях  в  Тенсегрити  эти
фрагменты были снова объединены в их первоначальные длинные  формы.  Таким
образом была получена система движений - система, в которой упор  делается
на самих движениях как таковых.
    Как показано в Тенсегрити, выполнение  магических  пассов  не  требует
специального места или заранее  выделенного  времени.  В  идеале  движения
должны выполняться  вдали  от  сильных  потоков  воздуха.  Шаманы  древней
Мексики остерегались воздействия потоков воздуха на вспотевшее  тело.  Они
твердо верили в то, что не каждый ток  воздуха  был  вызван  подъемом  или
опусканием  температуры  в  атмосфере  и  что  некоторые  потоки  были   в
действительности вызваны сгустками энергии, целенаправленно движущимися  в
пространстве. Далее, поскольку целями, преследуемыми практикой  магических
пассов, являются различные  изменения,  хорошее  самочувствие,  физическая
координация и, в первую очередь, расширение сознания, то выполнение пассов
не должно сочетаться с элементами, с которыми мы  хорошо  знакомы,  такими
как  музыка  или  излагающий  новости  голос  радио-   или   телеведущего,
независимо от того, насколько приглушенными являются эти звуки.
    Более того, магические пассы лучше всего выполнять в одиночестве,  под
воздействием мгновенного побуждения или при  возникновении  необходимости.
Городская  жизнь,  однако,  облегчает  формирование  групп,   и   в   этих
обстоятельствах единственным способом  изучения  Тенсегрити  на  семинарах
является  создание  групп  практикующих.  Занятия  практиками  в   группах
благоприятны во многих  отношениях,  хотя  и  вредны  в  некоторых  других
отношениях. Они удобны, потому что позволяют использовать  согласованность
движений и обучаться путем взаимных  проверок  и  сравнений.  Они  вредны,
потому что благоприятствуют появлению синтаксических  команд  и  искушения
устанавливать иерархические отношения в группе.
    Маги линии дона Хуана поняли,  что,  поскольку  тотальность  поведения
человека определяется  нашим  языком,  то  человеческие  существа  обучены
реагировать  на  то,  что  современные   маги   называют   синтаксическими
командами: восхваления или старающиеся умилостивить формулы, встроенные  в
язык, которые каждый человек произносит или заставляет произносить других,
например: нет проблем, не беспокойся,  время  побеспокоиться,  ты  мог  бы
сделать это и лучше, я не могу сделать этого, извиняюсь, я в ударе, я хуже
всех в мире, я могу жить с этим и тому подобное.
    От чего маги стремятся уйти, так это от субъективности, вытекающей  из
синтаксических команд. К сожалению, вы не можете сохранить  свой  кекс  и,
одновременно, съесть его; поэтому Тенсегрити следует  практиковать  в  той
форме, в которой это легче: или в  группе,  или  в  одиночку,  или  обоими
способами.
    В моем частном случае занятия практикой  Тенсегрити  в  очень  больших
группах  были  более  чем  идеальной  ситуацией,  поскольку   давали   мне
уникальную возможность наблюдать нечто, чего дон Хуан и все маги его линии
никогда наблюдать не могли - эффект массы.  Дон  Хуан  и  все  шаманы  его
линии, которые, как он утверждал,  насчитывали  двадцать  семь  поколений,
никогда не могли наблюдать воздействие человеческих масс. Они практиковали
магические пассы в одиночку или в группах, не  превышающих  по  количеству
пяти  практикующих.  Для  них  магические  пассы  были  в  высшей  степени
индивидуальными.
    Если число практикующих Тенсегрити исчисляется сотнями, то между  ними
почти мгновенно формируется поток энергии.  Этот  поток  энергии,  который
шаманы  легко   могли   видеть,   порождает   в   практикующих   состояние
настойчивости, упорства. Это подобно вибрирующему ветру,  который  ометает
их и придает им первичные элементы стремления к цели. Я имел  преимущество
перед  магами  в  том,  что  видел  нечто,  что  считаю   <предсказывающим
наблюдением>: пробуждение осознавания, пробуждение цели  -  энергетической
основы  человека.  Дон  Хуан  Матус  обычно   называл   это   непреклонным
намерением. Он учил меня, что непреклонное намерение было важным средством
тех, кто совершал путешествия в неизвестное.
    Во всех других отношениях метод, которым дается  Тенсегрити,  является
честным воспроизведением того метода, при помощи которого дон Хуан  обучал
магическим  пассам  своих  учеников.  Он  бомбардировал   их   избыточными
количествами подробностей и позволял их умам сбиваться с толку количеством
и разнообразием движений и предположением, что каждый из них в отдельности
находится на пути к бесконечности.
    Его ученики проводили годы в состоянии  ошеломленности,  запутанности,
смущения и, более того, подавленности, потому  что  они  чувствовали,  что
подобная бомбардировка - это несправедливая  бешеная  атака  на  них.  Дон
Хуан, следуя традиционной практике магов затуманивания  линейного  видения
практикующих, насыщал кинестетическую память своих учеников. Он утверждал,
что, если они будут продолжать  практиковать  движения  несмотря  на  свое
замешательство, то некоторые из них или все они в конечном счете  овладеют
магическими пассами с абсолютной ясностью.
    Мне  трудно  было  поверить  в  такие  утверждения.  Однако,  в   один
прекрасный  момент  я  перестал  быть  смущенным  и  подавленным.   Весьма
таинственным образом магические пассы - ведь они действительно  магические
- организовали сами  себя  в  необычную  последовательность,  которая  все
прояснила.
    Отношение к этому людей, практикующих Тенсегрити сегодня,  в  точности
совпадает  с  отношением  учеников  дона  Хуана.  Люди,  которые  посещали
семинары по Тенсегрити, были обескуражены количеством движений. Они  шумно
требовали подать им систему, которая позволила бы накапливать движения  по
категориям, которые они могли бы изучать и усваивать.
    Я вынужден снова подчеркнуть то,  что  подчеркивал  с  самого  начала:
Тенсегрити не является обычной системой движений для  развития  тела.  Она
действительно развивает тело, но в качестве побочного продукта  достижения
более трансцендентальной цели. Маги древней  Мексики  были  убеждены,  что
магические пассы ведут практикующих к такому уровню  сознания,  в  котором
параметры  обычного,  традиционного  восприятия  аннулируются  самим   тем
фактом, что оно расширяется. Таким образом практикующему позволяется войти
в невообразимые миры - миры, которые являются столь  же  всеобъемлющими  и
тотальными, как и тот, в котором мы живем.
    - Но почему мне стоит хотеть входить в эти миры? -  спросил  я  как-то
дона Хуана.
    - Потому что ты  путешественник,  как  и  все  остальные  человеческие
существа,  -  сказал  он,  несколько   раздраженный   моим   вопросом.   -
Человеческие существа находятся  в  путешествии  к  осознанности,  которая
ежеминутно прерывается внешними силами. Поверь  мне,  мы  путешественники.
Если бы у нас не было этого путешествия, у нас бы не было ничего.
    Его ответ ни  в  малейшей  степени  не  удовлетворил  меня.  Он  далее
объяснил, что человеческие  существа  разложились  морально,  физически  и
интеллектуально, поскольку прекратили свое путешествие,  что  они  попали,
так сказать, в водоворот, вращаясь в котором  имеют  ощущение  движения  с
потоком и оставаясь в то же время на месте.
    Мне потребовалось тридцать  лет  тяжкой  дисциплины  и  учения,  чтобы
подойти  к  тому  уровню  познания,  на  котором  утверждения  дона  Хуана
становятся понимаемыми, а их справедливость устанавливается без какой-либо
тени сомнения. Я знаю  теперь,  что  человеческие  существа  действительно
являются путешественниками. Если бы мы не имели  этого,  мы  не  имели  бы
ничего.
    Практика Тенсегрити должна  выполняться  с  мыслью,  что  выгода  этих
движений придет сама собой. Эта мысль должна поддерживаться  любой  ценой.
На  уровне  начинающего  нет  никакой   возможности   управлять   эффектом
магических пассов и невозможно ожидать, чтобы какие-то  из  них  оказались
полезными для того или иного органа. Когда мы преуспеем в  учении  и  наше
намерение станет яснее, эффект магических пассов сможет быть выбран каждым
из нас персонально  и  индивидуально,  в  соответствии  со  специфическими
потребностями конкретно каждого из нас.
    Что имеет наибольшую важность  сейчас,  так  это  практикование  любой
последовательности движений Тенсегрити, какую  вы  запомнили,  или  любого
набора магических пассов, который придет вам  в  голову.  Достигаемое  при
этом насыщение даст в конце  концов  тот  результат,  которого  добивались
шаманы древней Мексики.
    Естественно, когда дон Хуан говорил мне о маневрах магов, направленных
к насыщению, моя реакция была аналогична реакции любого человека,  который
интересуется Тенсегрити сегодня:
    - Я не утверждаю, что не  верю  вам,  но  это  нечто,  во  что  трудно
поверить.
    Ответ дона Хуана на это был таков:
    -  Прими  мои  утверждения,  поскольку  они  не  являются  пустыми   и
произвольными. Мои слова подтверждаются для меня тем, что открыли еще маги
древней  Мексики  -  что  человеческие   существа   являются   магическими
существами.
    Наследие дона Хуана включает в себя нечто, что  я  всегда  повторял  и
всегда буду повторять: человеческие существа  есть  существа,  неизвестные
самим себе, наполненные до краев невероятными ресурсами,  которые  никогда
не используются.
    Насытив меня движениями, дон Хуан совершил два невероятных подвига: он
вывел эти скрытые ресурсы на поверхность и мягко преодолел мою одержимость
моим  линейным  способом  интерпретации  действительности.  Принудив  меня
достичь этих скрытых  ресурсов,  он  организовал  продолжение  прерванного
путешествия моего сознания.  Таким  образом,  идеальное  отношение  любого
практикующего Тенсегрити к движениям Тенсегрити  является  таким  же,  как
идеальное отношение практикующего мага к исполнению магических  пассов.  И
те  и  другие  являются  ведомыми  своими  движениями  к   беспрецедентной
кульминации.  Отсюда  практикующие  Тенсегрити  будут  в  состоянии   сами
исполнять без каких-либо наставлений извне для любых  целей,  которые  они
перед собой поставят, любое  движение  из  массы  движений,  которыми  они
насыщены; они будут способны выполнять их с той точностью и  скоростью,  с
которыми они ходят, или едят, или отдыхают, или делают что-либо.



    Студия "Eninfo" - информация о самых эффективных системах интегрального тренинга

Hosted by uCoz